Домой Новости Многие россияне так и не выучили главный урок пандемии COVID-19

Многие россияне так и не выучили главный урок пандемии COVID-19

26
0

Многие россияне так и не выучили главный урок пандемии COVID 19

На борьбу с новой коронавирусной инфекцией вышли не только дипломированные медики, но и студенты медицинских вузов. И многие работали именно в «красной зоне». Среди них был и Максим Громов, студент пятого курса медицинского факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

Многие россияне так и не выучили главный урок пандемии COVID 19

Для Максима, поступившего в вуз сразу после школы, реанимационный зал в ковидном отделении стал его первым местом работы. Как все это было, Максим Громов рассказал "Российской газете".

Было страшно. Но не за себя

Максим, почему вы решили пойти работать в ковидное отделение?

Максим Громов: К нам, студентам, обратились с просьбой помочь. Предполагалось, что я пойду в "зеленую зону" Санкт-Петербургского НИИ фтизиопульмонологии, где как раз создавалось отделение для ковидных больных, и буду работать с документацией. Но потом выяснилось: чтобы открыть отделение, не хватает сотрудников для "красной зоны". И я принял решение помочь.

Да, меня пытались отговорить родственники. Но я принял решение, и от него не отступил. Думал: я молодой, здоровый, даже если заражусь — ничего страшного. А мои родственники жили отдельно от меня, на даче, и я бы не принес вирус домой. Так полтора месяца и отработал медбратом. Врачом берут только тех, у кого есть диплом.

Чем запомнился первый день "на ковиде"?

Максим Громов: Отделение только открылось, и больных сразу поступило человек сорок. Было ощущение, что мы попали на какие-то военные действия.

И было очень непривычно находиться в защитном костюме. Дело не в самом костюме, а в том, что очки запотевают, перестаешь видеть. Тяжело дышать в респираторе. На руках — две пары перчаток, а когда делаешь инъекции — то три! Крайне непросто в таких перчатках управляться со шприцами и прочими медицинскими принадлежностями. Чувствительность пальцев теряется. Примерно-то я представлял, что должна делать медсестра, но реально опыта у меня не было.

Страшно было. Но не из-за боязни заразиться. Страх — сделать что-то не так, не справиться. С этим страхом я первое время ходил на работу. Пришлось преодолевать себя.

Мы победили. Вместе!

В чем, на ваш взгляд, отличие ковидных отделений от других? Понятно, что медперсонал — в защитных комбинезонах. Это непривычно.

Максим Громов: Кстати, и в комбинезонах мы приспособились общаться с пациентами. Имя и должность писали на самих костюмах. Что в респираторе — ну, приходилось громче говорить.

Отличие? Вот перед тобой лежат молодые еще люди, до сорока лет. Многим настолько тяжело дышать, что к их кроватям подведен кислород. И температура сложно сбивается. Жаропонижающее даешь, а оно действует не очень долго. Пациенту не становится лучше.

А реанимация… Некоторые пациенты лежат на ИВЛ в состоянии искусственной комы. И молодые среди них были. Нужно ухаживать за ними, гигиенические процедуры, переворачивать каждые несколько часов. Я увидел, насколько чуток и внимателен к ним персонал, заведующий отделением. И теперь точно знаю: даже очень тяжелые пациенты при таком отношении — почти наверняка справятся с болезнью.

Значит, были радостные моменты?

Максим Громов: Мне запомнились ощущения, когда уже выходишь после дежурства на улицу. Без костюма, без респиратора. И видишь своих бывших пациентов, которые только что выписались и ждут, пока за ними приедут.

Они тебя не узнают (ты же без костюма), ты для них — просто проходящий мимо. Но тебе-то так приятно, что ты помог, что вот они — выздоровевшие. А если среди них бывшие тяжелые пациенты — тем более. Ты помог им справиться, вместе мы победили!

Главный урок

Чему учит молодого врача работа в ковидном отделении?

Максим Громов: Она сложна, но интересна. Прежде всего, учит работать в команде. Именно от слаженности действий всех зависит конечный результат. Во время эпидемии это особенно ощутимо.

И мы реально увидели, что можно сделать так, чтобы свести риск заражения медиков к минимуму. Нам повезло: на каждый выход на отделение нам давался новый костюм. Это было не во всех клиниках. Знакомые студенты жаловались, что где-то один костюм давали на все дежурство, а где-то приходилось порой даже докупать костюмы за свой счет.

Что бы вы могли посоветовать людям? Ведь ковид никуда не ушел, и возможна вторая вспышка.

Максим Громов: Я видел, что заболевание значительно осложняют сопутствующие патологии. Прежде всего — сердечно-сосудистые недуги, сахарный диабет, ожирение. Нужно следить за своим здоровьем и соблюдать предписания врача.

И в общественных местах надо носить маски! Это архиважное предписание, которое почему-то люди массово стали игнорировать.

Вирус — коварен, у многих он может протекать бессимптомно. И, не чувствуя себя больным, вы можете стать вирусоносителем, вы — заразны для окружающих! Кашляющего больного с температурой под сорок в транспорте не встретишь, а вот бессимптомных — сколько угодно.

Нужно уважать других людей. И вот этот урок — научиться уважать других, который преподала пандемия, пока еще не все восприняли.

Если понадобится, вы еще раз пойдете в "красную зону"?

Максим Громов: Конечно. Работа в ковидном отделении хоть и очень непростая, но интересная, и что тоже важно — хорошо оплачивается.

Повлияла ли работа в инфекционном отделении на ваш выбор дальнейшей врачебной специализации?

Максим Громов: Нет, в инфекционисты я не пойду. Хочу стать терапевтом, врачом общей практики. Или кардиологом.

Все материалы сюжета "COVID-19. Мы справимся!" читайте здесь.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here